"Игра престолов": сокрытое в листве (nehoroshy) wrote,
"Игра престолов": сокрытое в листве
nehoroshy

"Игра престолов". Глава 1. Бран

"Игра престолов"
Джордж Р.Р. Мартин
Перевод Максима Сороченко

Глава 1. Бран




Утро выдалось холодным, безоблачным и таким ясным, каким оно бывает только в конце лета. Они выехали на рассвете, чтобы присутствовать на обезглавливании, всего двадцать человек, и среди них – волнующийся Бран. Это был первый раз, когда его признали достаточно взрослым для того, чтобы находиться вместе с отцом и братьями на отправлении Королевского Правосудия.
Шёл девятый год лета, и он же – восьмой год жизни Брана.
Человек был пойман в горах, недалеко от небольшой дозорной башни. Робб считал, что это одичалый, присягнувший Мансу Налётчику – «Королю-за-стеной». Мысли об этом заставляли Брана боязливо поёживаться. Он хорошо помнил страшные истории, которые рассказывала ему старая Нэн. «Одичалые жестокие люди, – говорила она, – убийцы, работорговцы и воры. Они водятся с гигантами и вурдалаками, крадут девочек глубокой ночью и пьют кровь из отполированных рогов. А пока длится Долгая Ночь, их женщины ложатся с Иными, а потом рожают страшных полулюдей-получудовищ».
Но человек, ростом немногим выше Робба, привязанный за руки и за ноги к стене дозорной башни в ожидании королевского суда, был стар и тощ. У него отсутствовали уши и один палец, а меховая одежда чёрного цвета, выдававшая в нём воина Ночного Дозора, была вся рваная и засаленная.
Пар от дыхания лошадей и людей смешивался в морозном воздухе. Лорд-отец приказал снять человека со стены, разрезав путы, и привести к ним. Робб и Джон сидели неподвижно на своих лошадях, между ними на пони восседал Бран, стараясь выглядеть так, как будто ему уже больше семи, и как будто все эти вещи он уже видел по многу раз. Лёгкий ветерок сквозил через ворота башни. Над головами трепетал стяг Старков из Винтерфелла – серый лютоволк, бегущий по снежно-белому полю.
Отец Брана, чьи длинные тёмные волосы колыхались на ветру, возвышался на своём коне торжественно. Тщательно подстриженная борода была слегка тронута сединой, от чего он казался старше своих тридцати пяти лет. Взгляд серых глаз был безжалостен, и сегодня он совершенно не напоминал того человека, который мог вечерами сидеть у огня и неторопливо рассказывать об ушедшей эпохе героев и Детей Леса. «Он как будто снял лицо отца, – подумал Бран, подрагивая от утреннего холода, – и надел маску лорда Старка из Винтерфелла».
Потом были вопросы, на которые следовали ответы, большую часть которых Бран не смог бы вспомнить, если бы кто-нибудь его об этом спросил. Наконец, лорд-отец отдал приказ, и двое его стражников поволокли оборванца к пню от железного дерева, расположенному прямо по центру поля. Голова обречённого была с усилием прижата к твёрдой чёрной древесине. Эддард Старк спешился. Воспитанник лорда, Теон Грейджой, подал ему меч, носивший имя «Лёд». Меч был шире мужской ладони, и длиннее роста Робба. Тёмный дымчатый клинок был выкован из заговорённой Валирийской стали, с которой ничто не может сравниться в свойстве долго сохранять острую заточку.
Отец сдёрнул с рук перчатки и протянул их Джори Касселю, капитану личной стражи семьи Старков, затем взял Лёд обеими руками и произнёс формулу приговора:
– Именем Роберта из Дома Баратеонов, Первого своего имени, Короля Андалов, Ройнаров и Первых Людей, Лорда Семи Королевств и Защитника Государства, я, Эддард из Дома Старков, Лорд Винтерфелла и Хранитель Севера, своим словом приговариваю тебя к смерти.
Закончив говорить, лорд поднял огромный меч высоко над головой.
Бастард Джон Сноу, единокровный брат Брана, придвинулся к нему поближе.
– Держи пони крепче, – прошептал он. – И не отворачивайся. Отец заметит.
Бран крепко вцепился в поводья и не стал отворачиваться.
Отец отсёк голову одним точным уверенным движением. Струя крови брызнула на снег – яркая, как летнее вино. Один из коней поднялся на дыбы, и его пришлось удерживать, чтобы он не пустился в бегство. Бран не мог оторвать глаз от кровавой лужи. Он смотрел, как снег, лежащий вокруг пня, быстро напитывался красным.
Голова отскочила от толстого корня и покатилась по полю, пока не остановилась у ног Теона, худощавого черноволосого девятнадцатилетнего юнца, которого забавляло абсолютно всё. Он засмеялся, шутливо поставил ногу на отрубленную голову, а затем пнул её изо всех сил.
– Придурок, – прошептал Джон тихо, так, чтобы Грейджой не услышал. Бастард положил руку на плечо Брана, доверчиво поднявшего на него глаза. – А ты молодец!
Джон выглядел серьёзным. В свои четырнадцать он был уже достаточно опытным во всём, что касается правосудия.

Во время долгого обратного пути в Винтерфелл, казалось, похолодало, несмотря на то, что ветер стих, а солнце взошло выше. Бран ехал рядом с братьями, оставившими основную группу всадников далеко позади. Его пони едва поспевал за их лошадьми.
– А дезертир держался храбро, – заметил Робб. Это был пышущий здоровьем широкоплечий подросток, всё более мужающий с каждым днём. – По крайней мере, отваги ему было не занимать.
Каштановые с рыжиной волосы, голубые глаза и светлая кожа Роббу достались от матери, Талли из Риверрана.
– Не соглашусь, – возразил Джон Сноу тихо. – Это не отвага. Он умирал со страху. Это было видно по его глазам, Старк.
У самого Джона глаза были тёмно-серыми, почти чёрными, но замечали всё. Он был одного возраста с Роббом, но во всём остальном у них было мало общего. Робб был мускулистый и светлокожий, а Джон – стройный и тёмный. Если бастард был ловок и сообразителен, то его единокровный брат отличался силой и некоторой легкомысленностью.
Робб не изменил своего мнения.
– К Иным его глаза! – выругался он. – Умер он достойно. Давай, кто первый до моста?
– Идёт, – согласился Джон, и пустил лошадь в галоп. Робб, изрыгая проклятия, рванул следом.
И они помчались вниз по тропе, Робб – гикая и хохоча, Джон – тихо и сосредоточенно. Из-под копыт коней взрывались фонтаны снега.
Бран даже не пытался их догнать. Пони всё равно не смог бы бежать с такой скоростью. Перед внутренним взором мальчика до сих пор стояли глаза оборванца, и он никак не мог отделаться от этого видения. Вскоре взрывы хохота Робба затихли вдали, и лес опять погрузился в тишину.
Бран был настолько поглощён своими мыслями, что даже не услышал, как его нагнали остальные всадники. Отец оказался рядом с ним.
– Всё в порядке, Бран? – спросил он дружелюбно.
– Да, отец, – ответил мальчик и поднял глаза. Одетый в меха и кожу, сидящий на своем огромном боевом коне, лорд-отец возвышался, словно гигант. – Робб сказал, что человек умер храбро, а Джон – что он боялся.
– А ты сам как считаешь? – спросил отец.
Бран задумался:
– Может человек быть храбрым, если он боится?
– Только тогда человек и может быть храбрым, – ответил ему отец. – Ты понимаешь, зачем я делаю всё это сам?
– Он был одичалым, – ответил Бран. – Одичалые крадут женщин и продают их Иным.
Лорд-отец улыбнулся.
– Старая Нэн опять тебе рассказывала сказки? На самом деле, то был дезертир из Ночного Дозора, нарушивший присягу. Нет людей опасней, чем они. Жизнь дезертира ничего не стоит – он знает, как с ним поступят, если поймают. Поэтому он не остановится ни перед каким преступлением – даже самым страшным. Но ты не понял меня. Я спросил не о том, почему он умер, а о том, почему казнить я его должен был сам, своею рукой.
Бран не знал, что ответить.
– У короля Роберта есть палач, – сказал он неуверенно.
– Есть, – согласился отец, – как и у королей из рода Таргариенов до него. Но наши традиции гораздо древнее. Кровь Первых Людей всё ещё течёт в жилах Старков, и мы до сих пор храним веру в то, что человек, приговоривший другого к казни, обязан лично отсечь ему голову. Когда забираешь чью-то жизнь, твой прямой долг – увидеть его глаза и выслушать его последние слова. А если у тебя не хватило духу, то, возможно, он не так уж и заслуживает смерти. Когда-нибудь, Бран, ты станешь знаменосцем Робба. У тебя будет свой замок, ты будешь служить своему брату и своему королю, и придёт день, когда тебе тоже придётся вершить правосудие. Для тебя не будет в этом никакой радости, но и отворачиваться ты тоже не станешь. Правитель, который передаёт право убивать наёмным палачам, очень быстро забывает, что такое Смерть.
В этот момент впереди из-за холма показался Джон. Он махал рукой и что-то кричал.
– Отец, Бран, быстрее сюда! Посмотрите, что нашёл Робб! – донеслось до них, после чего Джон снова скрылся из виду.
– Проблемы, милорд? – спросил, подъехав Джори.
– Без сомнения, – ответил лорд-отец. – Поехали, посмотрим, что там откопали мои сыновья.
Он пустил своего коня рысью. Джори, Бран и остальные последовали за ним.
Робб стоял на северном берегу речушки, за мостом. Джон находился рядом, всё ещё сидя на лошади. Снег позднего лета покрывал землю толстым слоем. Робб утопал в нём по колени. Капюшон был откинут, и от солнца волосы ярко сияли. Он что-то осторожно держал в руках. Братья перешёптывались возбуждёнными голосами.
Всадники осторожно пробивали путь сквозь сугробы, придерживая лошадей, нащупывающих твёрдую опору на спрятанной под снегом неровной земле. Джори Кассель и Теон Грейджой первыми достигли мальчиков. Грейджой, не переставая, шутил и смеялся. Вдруг до Брана донёсся его громкий выдох.
– Боги! – воскликнул Теон и с усилием стал успокаивать внезапно разволновавшуюся лошадь, одновременно потянувшись рукой к мечу.
Меч Джори был уже наготове.
– Робб, отойди оттуда! – закричал он, в то время как его конь пытался встать на дыбы.
Робб оторвал взгляд от свёртка в руках и осклабился.
– Она не укусит, – сказал он. – Она уже мертва, Джори.
Бран сгорал от любопытства. Ему захотелось пришпорить пони, чтобы подъехать побыстрее, но отец приказал всем спешиться возле моста и дальше идти пешком. Бран спрыгнул с седла и побежал.
К этому времени с лошадей сошли уже и Джон, и Джори, и Теон Грейджой.
– Седьмое пекло, что это? – спросил Грейджой.
– Это волк, – ответил Робб.
– Это какое-то чудовище, – сказал Грейджой. – Смотри, какое здоровенное!
Сердце Брана забилось часто-часто, когда сквозь сугроб, который был ему по пояс, он, наконец, добрался до братьев и увидел то же, что и они.
Наполовину погрузившись в снег, в луже собственной крови, там лежала огромная тёмная мёртвая туша, на косматой серой шерсти которой уже успел нарасти лёд. От неё доносился лёгкий запах разложения, напоминающий женские духи. Бран успел заметить мёртвые глаза, кишевшие трупными червями, и широкую пасть, полную жёлтых зубов. Но больше всего его поразили размеры. Зверь был не меньше пони, и, как минимум, вдвое больше самой большой собаки с псарни отца.
– Это не чудовище, – объяснил Джон невозмутимо. – Это лютоволк. Они больше, чем другие волки.
– Лютоволков к югу от Стены не видели уже лет двести, – возразил Теон Грейджой.
– А теперь я собственными глазами вижу одного из них, – заметил Джон.
Бран оторвал взгляд от туши и, наконец, обратил внимание на свёрток в руках Робба. Мальчик ахнул от восторга и подошёл поближе. Это был щенок – крошечный комочек чёрно-серой шерсти, с ещё не открывшимися глазками. Жалобно поскуливая, он слепо тыкался в щеку Робба в поисках молока. Бран нерешительно потянулся к нему.
– Давай, – сказал Робб, – можешь погладить.
Бран протянул руку и робко погладил щенка, затем повернулся к окликнувшему его Джону.
– Держи! – брат вложил ему в руки второго щенка. – Всего их тут пять.
Бран присел на снег и крепко прижался лицом к мягкому тёплому меху.
– Лютоволки снова появились в государстве, после стольких лет, – пробормотал Халлен, главный конюший Винтерфелла. – Мне это не нравится.
– Это Знак, – заметил Джори.
Отец-лорд нахмурился.
– Это всего лишь мёртвое животное, Джори, – сказал он. Снег хрустел под сапогами, пока он обходил вокруг туши. Лицо выражало тревожную озабоченность. – Интересно, что её убило?
– Там что-то торчит из-под шеи, – ответил Робб, гордый тем, что нашёл ответ раньше, чем отец спросил, – вон там, под челюстью.
Отец встал на колени, просунул руку под голову чудовища, и, резко дёрнув, извлек оттуда окровавленный предмет. Им оказался острый обломок оленьего рога в целый фут(1) длиной.
Отряд притих. Мужчины смотрели на рог с тревогой, не решаясь заговорить. Даже Бран почувствовал общее смятение, мало что понимая.
Наконец, отец отбросил рог в сторону и прочистил руки снегом.
– Удивительно, как она ещё успела ощениться, – сказал он, первым нарушив общее молчание.
– Может, и нет, – ответил Джори. – Я слышал разные истории… Сука могла быть уже мёртвой, когда родились щенки.
– Родиться от мёртвой, – заметил кто-то, – повезло же…
– Это уже неважно, – сказал Халлен, – Они тоже долго не протянут.
Бран испуганно всхлипнул.
– Чем скорее, тем лучше, – согласился Теон Грейджой, вынимая меч. – Давай сюда эту тварь, Бран.
Маленький комочек в руках заёрзал так, как будто он всё услышал и всё понял.
– Нет! – выкрикнул Бран с отчаяньем. – Он мой!
– Убери меч, Грейджой, – сказал Робб. На мгновение голос будущего лорда стал таким же властным, как и у его отца. – Мы возьмём этих щенков с собой.
– Мы не сможем, парень, – возразил Харвин, сын Халлена.
– Убить их – значит проявить милосердие, – добавил сам Халлен.
Бран посмотрел на лорда-отца в поисках поддержки, но увидел только хмурое лицо со сдвинутыми бровями.
– Халлен прав, сын. Лучше умереть сразу, чем вот так – от холода и голода.
– Нет!
Бран почувствовал, что вот-вот заплачет и отвернулся. Он не хотел, чтобы отец видел его слёзы.
– Рыжая сука сэра Родрика снова ощенилась на прошлой неделе, – сказал Робб упрямо. – У неё был маленький помёт: всего два живых щенка. Молока будет достаточно.
– Она их разорвёт, если они попытаются подойти.
– Лорд Старк, – произнёс Джон официальным тоном. Было странно слышать от него такое обращение к отцу. Бран посмотрел на брата с отчаянной надеждой. – Здесь пять щенков, три мальчика и две девочки.
– И что с того, Джон?
– А у Вас пять законных детей, – продолжил Джон, – три сына и две дочери. Лютоволк – символ Вашего Дома. Сама судьба предназначила этих щенков Вашим детям, милорд.
Бран заметил, как разгладилось лицо отца, увидел, как переглянулись между собой его приближённые. В этот момент он всем сердцем был благодарен Джону. И хотя ему было всего лишь семь, он хорошо понял, что именно только что совершил брат. Количество детей сошлось с количеством щенков только потому, что Джон не включил в него самого себя. Он посчитал девочек, посчитал даже маленького Рикона, но только не бастарда по имени Сноу. Северные традиции предписывают нарекать так любого, кому не посчастливилось родиться под фамилией своего Дома.
Отец это оценил.
– Ты не хочешь щенка для себя, Джон? – спросил он мягко.
– Лютоволки украшают знамёна Дома Старков, – заметил Джон. – Я не Старк, отец.
Лорд-отец смотрел на него задумчиво.
– Я выкормлю его сам, – вмешался Робб. – Буду смачивать полотенце в тёплом молоке и делать ему соску.
– Я тоже! – эхом откликнулся Бран.
Лорд разглядывал сыновей внимательным оценивающим взглядом.
– Легко сказать, да трудно сделать. Я не позволю вам тратить время моих слуг. Нужны щенки – кормите их сами. Это ясно?
Бран горячо закивал. Щенок ёрзал в объятиях и лизал ему лицо своим тёплым языком.
– Кроме того, вы обязаны их выдрессировать, – продолжил отец. – Самостоятельно. Псарь Винтерфелла не подойдёт к этим чудовищам, это я вам обещаю. И да помогут вам Боги, если вы их запустите, если будете обходиться с ними жестоко, или плохо воспитаете. Это не комнатные собачонки, которых легко можно прогнать пинком. Лютоволк способен выдернуть человеческую руку из плеча – так же легко, как обычная собака убивает крысу. Вы ещё уверены, что они вам нужны?
– Да, отец, – ответил Бран.
– Да, – согласился Робб.
– И не забывайте, что щенки могут помереть в любой момент, несмотря на все ваши старания.
– Они не умрут, – заверил Робб, – мы им не позволим.
– Тогда везите их сами. Джори, Десмонд, заберите остальных. Пора возвращаться в Винтерфелл.
Только когда они вновь сели на лошадей и отправились в путь, Бран осознал всю сладость их победы. К тому времени щенок уже подготовился к долгой дороге, уютно расположившись под одеждой и согревая нового хозяина своим теплом. Бран ехал и думал, как его назвать.
Примерно на середине моста Джон внезапно насторожился.
– В чём дело, Джон? – спросил лорд-отец.
– Вы слышали?
Бран слышал шум деревьев, колышущихся на ветру, цокот копыт по настилу, выложенному из досок железного дерева, голодное поскуливание щенка, но Джон имел в виду нечто другое.
– Там, – сказал Джон.
Он развернул лошадь и галопом поскакал обратно. Они увидели, как он спешился на снег у мёртвой лютоволчицы, как встал на колени. Минуту спустя Джон уже возвращался, улыбаясь до ушей.
– Должно быть, отполз от остальных, – крикнул он весело.
– Или его прогнали, – заметил отец, глядя на шестого щенка, сидящего на руках Джона. Животное было белым, в отличие от других своих собратьев серой масти. Глаза маленького лютоволка сверкали красным, словно кровь казнённого утром оборванца. Бран удивился – это был единственный из щенков, который уже открыл глаза, в то время как другие были ещё слепы.
– Альбинос, – презрительно бросил Теон Грейджой, искривив рот в усмешке. – Этот умрёт даже быстрее, чем остальные.
Джон Сноу смерил воспитанника отца долгим холодным взглядом.
– Не думаю, Грейджой, – ответил он. – Этот щенок принадлежит мне.
_____________
1) Почти треть метра (прим. пер.)

Читать пролог... / Читать главу 2. Кейтлин...
Tags: Игра престолов, переводы
Subscribe
promo nehoroshy august 3, 2015 02:50 45
Buy for 10 tokens
"Игра престолов" Джордж Р.Р. Мартин Перевод Максима Сороченко Пролог – …Пора возвращаться, – настаивал Гаред, – одичалые мертвы. Лес постепенно окутывали сумерки. – Ты боишься покойников? – спросил сэр Уэймар Ройс, с едва заметным намёком на улыбку. Гаред не поддался на…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments