"Игра престолов": сокрытое в листве (nehoroshy) wrote,
"Игра престолов": сокрытое в листве
nehoroshy

"Игра престолов". Пролог

"Игра престолов"
Джордж Р.Р. Мартин

Перевод Максима Сороченко

Пролог




– …Пора возвращаться, – настаивал Гаред, – одичалые мертвы.
Лес постепенно окутывали сумерки.
– Ты боишься покойников? – спросил сэр Уэймар Ройс, с едва заметным намёком на улыбку.
Гаред не поддался на провокацию. Лет ему было немало, уже за пятьдесят, и за свою жизнь он повидал всяких лордёнышей – приходивших и уходивших без следа.
– Мёртвое к мёртвому, – сказал он. – До покойников нам дела нет.
– А ты уверен, что они мертвы? – тихо спросил Ройс. – У нас есть доказательства?
– Уилл их видел, – ответил Гаред. – Если он говорит, что они сдохли, то этого достаточно.
Уилл, разумеется, знал, что рано или поздно в перепалку втянут и его, но ему хотелось, чтобы это произошло как можно позже.
– Мать говорила, что покойники не поют песен, – осторожно проронил он.
– Моя нянька говорила то же самое, Уилл, – ответил Ройс. – Не стоит верить всему, что слышишь возле женской титьки. Кое-что можно узнать и от покойников.
Голос его, эхом отражённый во мраке леса, прозвучал неестественно громко.
– Нам долго ехать, – заметил Гаред. – Восемь дней, может быть девять. А ведь уже вечереет.
Сэр Уэймар Ройс равнодушно взглянул на небо.
– Как всегда в это время. Сумрак лишил тебя мужества, Гаред?
Уилл видел, как напрягся старик. В глазах, скрытых в тени плотного, чёрного капюшона, сверкнул едва сдерживаемый гнев. В Ночном Дозоре Гаред провёл более сорока лет, здесь он из мальчика превратился в мужчину, и не привык, чтобы к нему не относились всерьёз. Однако, – Уилл это почувствовал, – помимо уязвленной гордости здесь было кое-что ещё: нервное напряжение опасно напоминало страх.
Уилл в полной мере разделял тревогу Гареда. Он служил на Стене уже четыре года. Смешно вспомнить, но когда он в первый раз был отправлен в дозор, его поразил приступ «медвежьей болезни»(1), поскольку показалось, что все ужасы, описанные в древних историях, снова воплотились в жизнь. Теперь он стал ветераном, за плечами которого было уже около сотни дальних рейдов, и бесконечные мрачные чащи – или «Призрачный лес», как называют их южане – больше не пугали его.
До сегодняшнего вечера.
Сегодня всё было иначе. Из тьмы исходило нечто такое, от чего холодело в затылке и шевелились волосы на голове. Девять дней они шли верхом: на север, затем на северо-запад, и потом снова на север – всё дальше и дальше от Стены, упорно преследуя банду одичалых налётчиков. С каждым днём становилось всё хуже, но сегодняшний день показался самым скверным. С севера, не переставая, дул холодный ветер, заставлявший деревья трещать так, словно это живые существа. На протяжении всего дня Уилл, как будто, ощущал на себе чей-то взгляд, холодный и безжалостный, не предвещавший ничего доброго. Гаред чувствовал то же самое. Сейчас Уиллу хотелось только одного: мчаться во весь опор обратно, под защиту Стены, но это были не те мысли, которыми можно делиться с командиром.
Тем более, с таким командиром.
Сэр Уэймар Ройс, привлекательный сероглазый молодой человек восемнадцати лет от роду, изящный и стройный, как клинок, являлся младшим отпрыском древнего уважаемого рода, породившего чрезмерное множество наследников. Рыцарь уверенно восседал на своём чёрном боевом коне, возвышаясь над Уиллом и Гаредом, оседлавших гораздо более скромных низкорослых лошадок. Он носил чёрные кожаные сапоги, чёрные штаны из шерсти, чёрные кротовые перчатки и чудесную лёгкую кольчужку из чёрных блестящих колец, надетую поверх слоёв одежды из чёрной шерсти и вываренной кожи. Братом Ночного Дозора сэр Уэймар был менее, чем полгода, но никто бы не рискнул сказать, что он не готовился к этому заранее. По крайней мере, в части своего гардероба.
Главным предметом его гордости являлся плащ, сшитый из чёрного пышного соболиного меха – мягкий до неприличия.
– Могу поклясться, всех зверьков наш могучий воин прибил собственноручно, – заметил как-то за вином Гаред, – откручивал соболям их маленькие бошки, одну за другой, точно говорю.
И все расхохотались…
«Всё-таки сложно выполнять приказы человека, над которым не так давно насмехался», – размышлял Уилл, подрагивая от холода. Гаред, должно быть, думал о том же самом.
– Мормонт приказал, чтобы мы их преследовали, и мы это сделали, – сказал Гаред, – но теперь они мертвы и не опасны. Погода отвратительна, а нам ещё долго выбираться. Если пойдёт снег, возвращение займёт недели две, не меньше, и это ещё не самое страшное, что может случиться. Вы когда-нибудь попадали в ледяной шторм, милорд?
Казалось, юный лорд его не слышал. Он вглядывался в сумрак с обычным своим полу-скучающим, полу-рассеянным видом. Но Уилл провёл уже достаточно времени в походе с рыцарем, чтобы понимать, что в такие моменты того лучше не беспокоить.
– Расскажи ещё раз обо всём, что ты видел, Уилл, – произнёс сэр Уэймар. – Все детали. Ничего не упуская.
До того, как влиться в ряды Ночного Дозора, Уилл был охотником. А точнее – браконьером. Вольные всадники Маллистера поймали его с поличным в лесу Маллистера, сдирающим шкуру с оленя, принадлежащего Маллистеру. Выбор, который ему предоставили, оказался невелик: или он наденет чёрное, или ему отсекут руку. Нетрудно догадаться, что он предпочёл. Никто не умел красться по лесу так же тихо, как Уилл. Нечего и говорить о том, что его талант был вскоре замечен и в полной мере оценён Братством.
– Место их привала всего в двух милях(2) отсюда – за той горой, прямо возле ручья, – ответил Уилл. – Я сумел подкрасться практически вплотную. Их восемь человек – как мужчины, так и женщины. Детей я не видел. Они построили навес у скалы. Его уже замело снегом, но я разглядел. Огонь не горел, хотя я хорошо видел яму для костра. Они вообще не шевелились. А ведь я прождал очень долго. Живые люди не смогли бы лежать столько времени неподвижно.
– Ты видел кровь?
– Нет, – признался Уилл.
– А оружие?
– Несколько мечей и луков. У одного был топор: огромная такая, заточенная с двух сторон, железяка. Лежала прямо на земле, возле его руки.
– Ты запомнил, в каких они были позах?
Уилл пожал плечами.
– Пара тел прислонена к скале. Остальные валялись как попало. Упали, наверное.
– Или уснули, – предположил Ройс.
– Упали, – возразил Уилл. – Одна из женщин сидела на железном дереве среди ветвей, дозорная, – Уилл вяло улыбнулся. – Я очень осторожно полз, чтобы она меня не заметила. Но потом оказалось, что она тоже не шевелится.
Уилл против воли задрожал.
– Замерз? – спросил Ройс.
– Немного, – сквозь зубы ответил Уилл. – Это всё ветер, милорд.
Юный рыцарь развернулся к седому дозорному. Сзади прошуршали, падая, подмороженные листья. Конь Ройса беспокойно дёрнулся.
– Как думаешь, Гаред, что могло их убить? – как бы между прочим спросил сэр Уэймар, поправляя драпировку длинного соболиного плаща.
– Холод, – ответил Гаред с железной уверенностью. – Я видел, как насмерть замерзали люди прошлой зимой, и как предыдущей – той, которая была во времена моего детства. Обычно рассказывают про сугробы в сорок футов(3) высотой, и о ледяном воющем ветре с севера, но настоящий враг – холод. Он подкрадётся к тебе тише, чем Уилл, и сначала ты будешь дрожать, стучать зубами, топать ногами и мечтать о печке и горячем вине. Он обжигает, на самом деле. Ничто так не жжёт, как холод. Но только на короткое время. Потом он проникнет внутрь и начнёт заполнять тебя, и, в конце концов, ты больше не сможешь сопротивляться. Тебе захочется присесть и подремать. Говорят, до самого конца ты так и не почувствуешь боли. Только начнёшь слабеть, тебя потянет в сон, постепенно всё вокруг померкнет, и ты словно погрузишься в тёплое молоко. Тихо и мирно.
– Как красноречиво, Гаред, – усмехнулся Ройс. – Не замечал за тобой таких талантов.
– Я ведь и сам знаком с холодом, юный лорд.
Гаред откинул капюшон, продемонстрировав сэру Ройсу обрубки хрящей, на месте которых когда-то были уши:
– Два уха, три пальца на ногах и мизинец на левой руке. И это я ещё легко отделался. Моего родного брата нашли замёрзшим на посту со счастливой улыбкой на лице.
Сэр Уэймар пожал плечами:
– Надо было одеваться потеплее, Гаред.
Гаред вперил в лордёныша ненавидящий взгляд. Шрамы, оставшиеся от ушей, которые был вынужден отсечь мейстер Эймон, налились кровью от гнева.
– Посмотрим, как тепло ты оденешься, когда придёт зима, – пробурчал он, натянув на голову капюшон. Далее Гаред ехал молча и угрюмо.
– Если Гаред говорит, что был холод... – начал Уилл.
– Ты стоял на карауле на прошлой неделе, Уилл? – перебил его сэр Ройс.
– Да, милорд.
Не было ни одной недели, в которую Уилл не отстоял бы, как минимум, дюжины проклятых караульных вахт. К чему этот вопрос?
– Напомни мне, какой тогда была Стена?
– Она была мокрой, – ответил Уилл, нахмурившись. Он помнил совершенно точно, особенно теперь, после того, как юный лорд обратил на это его внимание. – Они не могли замёрзнуть. Уж не тогда, когда стена мокрая. Сильных морозов не было.
Ройс кивнул:
– Блестяще, парень. В ту неделю было несколько лёгких заморозков, временами случались снежные бури, но только не лютые морозы, способные убить восемь взрослых человек. Позволь напомнить, что мужчины, одетые в меха и кожу, находились рядом с укрытием, до которого рукой подать и вполне имели возможность разжечь костёр, – рыцарь самоуверенно улыбнулся. – Уилл, веди нас. Я хочу лично взглянуть на трупы.
Ну вот и всё, ничего не поделаешь. Приказ отдан, и оставалось только подчиниться.
Уилл поехал впереди. Его мохнатая лошадка осторожно пробивала путь через подлесок. Падавший всю прошлую ночь лёгкий снежок прикрыл собою камни, толстые корни и ямы, поджидавшие неосторожных путников. Следом за ним, на огромном, чёрном, нетерпеливо фыркающем коне, двигался сэр Уэймар Ройс. Для подобных разъездов боевой конь годился едва ли, но попробуйте сказать это в лицо рыцарю! Гаред замыкал их маленькую колонну. Старый солдат бормотал себе что-то под нос.
Сумерки сгущались. Безоблачное небо налилось багряным светом, затем стало похоже на старый кровоподтёк, и, наконец, почернело. Зажглись звёзды, появился полумесяц. Уилл был рад даже такому скудному источнику света.
– Мы бы могли поехать и побыстрее, – заметил Ройс, когда луна окончательно взошла.
– Только не на такой лошади, – ответил Уилл. Страх сделал его дерзким. – Или быть может, милорд сам желает нас возглавить?
Сэр Уэймар Ройс не счёл нужным снизойти до ответа.
Где-то в лесу завыл волк.
Уилл остановил лошадь под древним сучковатым железным деревом и спешился.
– Почему встали? – спросил сэр Уэймар.
– Дальше лучше идти пешком, милорд. Это уже за тем гребнем.
Ройс с минуту задумчиво смотрел вдаль. Среди деревьев пронёсся холодный ветер. Великолепный соболиный плащ рыцаря колыхнулся за его плечами, как живой.
– Что-то тут не так, – глухо сказал Гаред.
Юный рыцарь одарил его презрительной ухмылкой:
– Неужели?
– Вы не чувствуете? – спросил Гаред. – Вслушайтесь во тьму.
Уилл чувствовал. За четыре года в Ночном Дозоре он ни разу не испытывал такого ужаса, как теперь. Но что бы это могло быть?
– Дует ветер. Шелестят листья. Воет волк. Какой из этих звуков так пугает тебя, Гаред?
Гаред не ответил, и Ройс грациозно соскользнул с седла. Он надёжно привязал своего коня к низко свисающей ветке в приличном отдалении от остальных лошадей, и вынул длинный меч из ножен. Эфес меча переливался драгоценными камнями, сталь клинка сверкала в лунном свете. Это было великолепное оружие, выкованное в замке, и достаточно новое, судя по всему. Уилл подозревал, что оно ещё ни разу не познало ярости настоящей схватки.
– Деревья здесь растут слишком тесно, – предупредил Уилл. – С таким мечом можно запутаться в ветвях, милорд. Лучше пойти с ножом.
– Если мне понадобится чей-нибудь совет, то я непременно о нём попрошу, – ответил юный лорд. – Гаред, оставайся здесь, присмотришь за лошадьми.
Гаред спешился.
– Нужно разжечь костёр. Я позабочусь.
– Совсем сдурел, старик? Если в лесу враги, то костёр – самая последняя вещь, которая нам сейчас понадобится.
– Некоторых врагов огонь отпугнёт, – возразил Гаред, – медведей, лютоволков и… и тому подобное…
Губы сэра Уэймара сжались в тонкую линию:
– Никакого огня!
Лицо Гареда скрывала тень от капюшона, но Уилл успел заметить ярость, сверкнувшую в его глазах. На мгновение показалось, что Гаред уже готов обнажить свой клинок. Это был короткий уродливый меч с выцветшей от пота рукоятью, зазубренный от долгой службы, но Уилл не поставил бы и железного гроша за жизнь лордёныша, если бы старик решился вынуть оружие.
Наконец, Гаред опустил глаза.
– Никакого огня, – пробормотал он почти неслышно.
Ройс принял его ответ за согласие и отвернулся.
– Веди, – скомандовал он Уиллу.

Уилл проложил путь сквозь заросли, затем стал подниматься на невысокий хребет к своему наблюдательному пункту под развесистым страж-деревом. Сырая грязная земля, едва прикрытая тонкой коркой снега, скользила под ногами. То тут, то там сапоги цеплялись за валуны и незаметные корни. Сам Уилл взбирался почти беззвучно. Но сзади постоянно раздавался лёгкий металлический лязг рыцарской кольчуги, шелест листьев и сдавленные проклятья лорда в те моменты, когда длинный меч или великолепный соболиный плащ цеплялись за торчащие сучья.
Огромный разлапистый «стражник» с ветвями, почти касающимися земли, был там, где Уилл его и оставил – прямо на вершине хребта. Уилл проскользнул под ветви, припал животом к грязному снегу и посмотрел на поляну внизу.
Сердце его остановилось. Дыхание перехватило. Лунный свет разливался по поляне, отлично освещая золу кострища, присыпанный снегом навес, огромную скалу и небольшой, наполовину скованный льдом ручей. Всё было именно так, как и несколько часов назад.
Кроме одного: все тела исчезли.
– О, Боги! – услышал он голос за спиной, а затем глухой стук меча, ударившегося о ветку.
Это сэр Уэймар Ройс достиг, наконец, вершины. Он встал в полный рост рядом с деревом. Длинный меч был зажат в руке, за спиной колыхался плащ. Фигура на фоне звёзд была прекрасно видна со всех сторон.
– Ложитесь! – отчаянно зашептал Уилл. – Что-то не так!
Ройс не шелохнулся. Какое-то время он смотрел на покинутую поляну и вдруг расхохотался.
– Кажется, твои покойники снялись с лагеря, Уилл.
Уилл потерял дар речи. Он пытался подобрать нужные слова и не мог. Это было… невозможно. Его глаза шарили взад и вперёд по покинутому лагерю, время от времени останавливаясь на топоре. Гигантский обоюдоострый боевой топор валялся там же. Ценное оружие никто не тронул…
– Встань, Уилл, – скомандовал сэр Уэймар. – Здесь никого нет. Я не позволю тебе ползать по кустам.
С неохотой Уилл подчинился.
Сэр Уэймар разглядывал его, не скрывая презрения:
– Я не собираюсь возвращаться в Чёрный Замок из своего первого рейда без результата. Мы должны найти этих людей. – Рыцарь огляделся. – Полезай на дерево. Быстро. Высматривай костры.
Уилл повернулся, ничего не говоря. Пререкаться не имело смысла. Ветер усилился, теперь он пронизывал всё тело. Уилл подошел к стволу разлапистого, с серо-зелёными ветвями, «стражника», и полез наверх, пачкая клейкой смолой руки. Вскоре он залез в самую гущу хвои. Страх заполнял все его внутренности, как клейкая мука. Уилл прошептал молитву безымянным богам этого леса, вынул из ножен длинный кинжал и зажал в зубах, освободив руки. Вкус холодной стали придал немного уверенности.
Внезапно раздался окрик лорда:
– Кто здесь!?
Голос его звучал нерешительно. Уилл прекратил подъём и стал наблюдать.
Лес дал ответ: шорохом листьев, ледяным потоком ручья, далёким уханьем белой совы.
Иные приближались абсолютно бесшумно.
Уилл уловил их движение краем глаза. Бледные фигуры скользили сквозь лес. Он успел заметить светлые тени во тьме, но когда повернул голову, они пропали. Ветви тихо шевелились на ветру, мягко царапая одна о другую. Уилл открыл было рот, чтобы предупредить об опасности, но слова как будто замёрзли в гортани. Может, он ошибся? Может, то была просто птица, отразившаяся на снегу игрой лунного света? Что это было, в конце концов?
– Уилл, ты где? – позвал сэр Уэймар. – Видишь что-нибудь?
Ройс медленно крутился на месте, насторожившийся, с мечом в руке. Как и Уилл, он должен был их заметить. Но сейчас никого не было.
– Отвечай!.. Почему так холодно?
Действительно, заметно похолодало. Уилл покрепче вцепился в ствол, прижавшись к нему лицом. Щека покрылась сладкой липкой смолой.
От темноты леса отделилась тень и застыла прямо напротив Ройса – высокая, мрачная и жёсткая, словно старые кости, покрытые бледной плотью и доспехами, постоянно меняющими свой цвет: они то становились белыми, как свежевыпавший снег, то внезапно чернели, то пестрели глубокими серо-зелёными тонами окружающих деревьев. С каждым почти незаметным движением кошмарного существа узоры на доспехах переливались подобно лунному свету на воде.
Уилл услышал сиплое дыхание сэра Уэймара Ройса.
– Не подходи! – выкрикнул юный лорд тонким мальчишеским голосом.
Ройс отбросил полы длинного соболиного плаща от плечей, приготовившись к битве, и сжал рукоять меча обеими руками. Ветер прекратился. Мороз крепчал.
Иной двинулся вперёд. В руке у него был длинный, не похожий ни на один, виденный Уиллом прежде, меч, который ковали явно не из человеческих металлов. Полупрозрачный клинок в лучах лунного света казался живым осколком хрусталя – настолько тонким, что при взгляде вдоль кромки он становился практически невидимым. От меча призрачным светом исходило слабое голубое мерцание. Уилл осознал каким-то внутренним чутьём, что это оружие острее самой острой бритвы.
Сэр Уэймар держался молодцом.
– Что ж, потанцуем! – дерзко выкрикнул он, высоко подняв свой меч.
Руки его затряслись то ли от холода, то ли под тяжестью клинка. Уилл подумал, что только с этого момента лорд окончательно перестал быть мальчишкой, и теперь он – настоящий воин Ночного Дозора.
Иной остановился. Уилл увидел его голубые глаза – более яркие и глубокие, чем любые человеческие, обжигающие ледяным огнём. Глаза внимательно разглядывали длинный меч, дрожащий над головой лорда, изучали холодные блики лунного света, отражавшиеся от клинка. На мгновение Уиллу показалось, что не всё ещё потеряно…
Безмолвно из тени выступили ещё две фигуры – близнецы первой. Три фигуры… Четыре… Пять… Сэр Уэймар мог только чувствовать холод, исходящий от них, но пока он их не видел и не слышал. Уилл обязан был предупредить. В этом заключался его долг. И его смерть, понял он…
Уилл задрожал всем телом, крепко сжав ствол дерева. Он так и не проронил ни звука.
Призрачный меч со свистом прорезал воздух.
Сэр Уэймар парировал. Соприкоснувшиеся клинки не издали звона металла о металл – только высокий тонкий звук на пределе слышимости, похожий на крик раненого животного. Ройс отразил второй удар, затем следующий, и отступил на шаг назад. Следующая серия ударов – и он отступил вновь.
За его спиной, справа и слева, со всех сторон, возвышались безмолвные фигуры – спокойные и безликие. Переливающиеся узоры на их тонких доспехах делали их почти невидимыми на фоне леса. Пока что они не делали попыток вмешаться.
Мечи бились друг о друга снова и снова, и Уиллу захотелось закрыть уши, чтобы не слышать этот странный и мучительный тонкий вой. Сэр Уэймар начал задыхаться от напряжения, изо рта его выходил пар, хорошо видимый в лунном свете. Клинок рыцаря покрылся изморозью, но танцующий меч Иного по-прежнему сиял бледно-голубоватым светом.
В какой-то момент Ройс недостаточно быстро отразил очередной удар. Бледный меч пробил кольчугу у его плеча. Юный лорд закричал от боли. Сквозь кольчужные кольца хлынула кровь, исходившая паром на холоде. Алые капли, коснувшиеся снега, были похожи на огонь. Сэр Уэймар зажал рану рукой. Кротовая перчатка мгновенно окрасилась в тёмно-красный цвет.
Иной произнёс что-то на языке, которого Уилл никогда раньше не слышал. Голос напоминал скрежет ломающегося на замёрзшем озере льда, а в словах слышалась издёвка.
Сэр Уэймар Ройс собрал в кулак всю свою ярость.
– За Роберта! – выкрикнул он, и зарычал от напряжения, поднимая длинный, покрытый инеем меч обеими руками.
Рыцарь нанёс боковой удар, вложив в него всю свою силу. Иной парировал почти лениво.
Клинки встретились, и сталь разбилась вдребезги.
Ночной лес ответил эхом на вопль, раздавшийся в тот момент, когда длинный меч распался на сотни острых осколков, пролившихся на землю стальным дождём. Ройс пал на колени, пронзительно крича и прижимая обе руки к глазам. Пальцы его заливала кровь.
Безмолвные наблюдатели двинулись вперёд одновременно, будто услышав команду. Мечи поднимались и опускались в гробовой тишине хладнокровно, словно на бойне. Бледные клинки прошивали кольчугу так легко, как будто это был шёлк. Уилл зажмурился. Далеко внизу он слышал их голоса и смех – острый, как осколки льдины.
Прошло довольно много времени, прежде чем он пришёл в себя. Хребет опустел, а Уилл всё ещё сидел на дереве, едва осмеливаясь дышать. Луна медленно ползла по чёрному небу. Только когда его мышцы начало сводить судорогой, а пальцы окоченели от холода, он спустился, наконец, вниз.
Тело Ройса лежало ничком, с откинутой на снег рукой. Толстый соболиный плащ был пронзён во многих местах. Теперь, когда лорд погиб, стало заметно, насколько он был юн – совсем мальчик.
То, что осталось от его меча, валялось в стороне, расщеплённое и изогнутое, словно ветка дерева, поражённого молнией. Осторожно озираясь, Уилл встал на колени и поднял обломок. Сломанный меч может послужить доказательством. Возможно, Гаред, подскажет что делать, а если не он, то старый медведь Мормонт или мейстер Эймон. Кстати, ждёт ли его ещё Гаред? Надо поторапливаться.
Уилл поднялся. Сэр Уэймар Ройс стоял прямо перед ним.
Изысканные одежды превратились в лохмотья, лицо было изуродовано. Из ослепшего белого зрачка левого глаза торчал стальной осколок.
Правый глаз был открыт. Зрачок пылал синим огнём. И… видел!
Обломок меча выпал из обессилевших пальцев. Уилл закрыл глаза и стал молиться. Длинные изящные руки, слегка скользнув по щекам, крепко сжались на горле. Прикосновение липких от крови, тончайших кротовых перчаток обожгло леденящим холодом…
______________
1) "Медвежья болезнь" - острая диарея (прим. пер.)
2) 3,2 километра (прим. пер.)
3) Чуть больше 12 метров (прим. пер.)

Читать Главу 1. Бран...

Tags: #играпрестолов, Игра престолов, переводы
Subscribe
promo nehoroshy august 3, 2015 02:50 45
Buy for 10 tokens
"Игра престолов" Джордж Р.Р. Мартин Перевод Максима Сороченко Пролог – …Пора возвращаться, – настаивал Гаред, – одичалые мертвы. Лес постепенно окутывали сумерки. – Ты боишься покойников? – спросил сэр Уэймар Ройс, с едва заметным намёком на улыбку. Гаред не поддался на…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments