"Игра престолов": сокрытое в листве (nehoroshy) wrote,
"Игра престолов": сокрытое в листве
nehoroshy

Categories:

"Игра престолов". Глава 64(1). Дэйнерис

"Игра престолов"
Джордж Р.Р. Мартин
Перевод Максима Сороченко


Заценить произведение с самого начала: https://nehoroshy.livejournal.com/179856.html
Смотреть содержание: https://nehoroshy.livejournal.com/89558.html

Глава 64. Дэйнерис (часть первая)



Над Кхалом Дрого неторопливо кружили мухи. Их тонкое, едва слышимое жужжание наполняло Дэни ужасом.
Солнце над головой палило безжалостно. От обрывистых склонов невысоких каменистых холмов волнами исходил жар. Тонкая струйка пота медленно стекала между набухших грудей Дэни. Все, что она слышала – лишь мерный стук копыт, ритмичное позвякивание колокольчиков в волосах Дрого и отдаленные голоса за спиной.
Дэни наблюдала за мухами.
Они были крупными, величиной с пчел, фиолетовыми и блестящими. Дотракийцы называли их «кровавыми мухами». Обитавшие в болотах и стоячих прудах насекомые сосали кровь из людей и лошадей, откладывали яйца в мертвых и умирающих. Дрого их ненавидел. Всякий раз, когда к нему подлетала очередная муха, его рука выстреливала с быстротой атакующей змеи и смыкалась вокруг насекомьего тельца. Дэни ни разу не видела, чтобы он промахнулся. Некоторое время Дрого держал муху внутри огромного кулака, прислушиваясь к ее неистовому жужжанию, затем пальцы его сжимались. Когда он вновь раскрывал кулак, на ладони вместо мухи оставалось лишь красное пятно.
Теперь одна из мух поползла по крупу его жеребца, но конь отогнал ее прочь сердитым взмахом хвоста. Остальные кружили вокруг Дрого, подлетая все ближе и ближе. Кхал на них не реагировал. Его глаза были прикованы к далеким коричневым холмам, поводья свободно болтались в руке. Рану на груди под раскрашенным жилетом прикрывал пластырь из фиговых листьев и спекшейся синей глины, сделанный для него травницами. Припарка Мирри Маз Дуур невыносимо чесалась и горела, и кхал сорвал ее шесть дней назад, проклиная лхазарянку за то, что она мэги. Глиняный пластырь не так раздражал, к тому же травницы стали готовить для Дрого маковое вино. Последние три дня он пил его в больших количествах; а если не его, то перебродившее кобылье молоко или перечное пиво.
Но он почти не притрагивался к еде, а по ночам метался и стонал. Лицо его сильно осунулось. Рэйго беспокойно вертелся у Дэни в животе, лягаясь как жеребец, но даже он не вызывал в Дрого прежнего интереса. Наутро после каждой беспокойной ночи она обнаруживала на лице мужа свежие следы, оставленные болью. А теперь еще и это молчание… Оно ее пугало. Дрого не произнес ни слова с тех пор, как они сели на рассвете в седла. Дэни пыталась с ним заговорить, но не слышала в ответ ничего, кроме невнятного мычания. А с полудня он затих вовсе…
Одна из кровавых мух опустилась на обнаженное плечо кхала. Другая, покружившись, села на шею и поползла к губам. Кхал Дрого мерно качался в седле, позвякивая колокольчиками. Жеребец продолжал идти вперед ровным шагом.
Поддавив пятками бока Серебрянки, Дэни подъехала ближе.
– Мой повелитель… – тихо произнесла она, – Дрого? Мое солнце-и-звезды…
Он будто ее не слышал. Кровавая муха забралась под свисающий ус и устроилась на щеке – прямо в складке возле носа.
Дрого, – выдохнула Дэни, неловко протянув руку и коснувшись его плеча.
Кхал Дрого пошатнулся в седле, медленно накренился и тяжело рухнул с коня на землю. На мгновение мухи разлетелись в стороны, но тут же вернулись, чтобы возобновить свой назойливый танец.
– Нет… – произнесла Дэни, натянув поводья.
Она соскочила с Серебрянки, в этот раз не обращая внимания на свой живот, и побежала к Дрого.
Трава под ним была сухой и бурой. Дрого стонал от боли, когда Дэни опустилась рядом с ним на колени. Он с трудом дышал, и смотрел на нее так, будто видел впервые.
– Коня, – выдохнул кхал.
Дэни смахнула мух с его груди, раздавив одну – так, как это сделал бы он сам. Кожа кхала словно горела, обжигая ей   пальцы.
Кровные всадники следовали за ними. Она услышала крик подскакавшего к ним Хагго. Кохолло уже спрыгивал с коня.
– Кровь моей крови… – пробормотал он, упав на колени.
Два остальных всадника остались в седлах.
– Нет, – простонал Кхал Дрого и стал вырываться из объятий Дэни. – Должен ехать. Верхом. Нет…
– Он упал с коня, – произнес Хагго, глядя на них сверху вниз. Широкое лицо его оставалось бесстрастным, но в голосе прорезался свинец.
– Ты не должен так говорить, – сказала ему Дэни. – Сегодня мы проехали довольно далеко, и можем разбить лагерь здесь.
– Здесь? – Хагго огляделся. Земля вокруг была бурой, сухой и негостеприимной. – Это не место для лагеря.
– Женщина не может объявлять остановку, – добавил Кото. – Даже кхалиси
– Мы разобьем лагерь здесь! – упрямо повторила Дэни. – Хагго, скажи им, что остановиться приказал Кхал Дрого. Если кто-то спросит, почему, ответь, что мое время близко, и я не могу ехать дальше. Кохолло, приведи рабов, пусть немедленно ставят шатер кхала. Кото…
– Ты не командуешь мною, кхалиси, – перебил Кото.
– …найди Мирри Маз Дуур, – договорила она. Божья жена шла с другими людьми-ягнятами – в длинной колонне рабов. – Приведи ее ко мне вместе с сундуком. 
Кото посмотрел на Дэни сверху вниз глазами жесткими как кремень.
– Она мэги. – Кото сплюнул. – Я за ней не поеду.
– Поедешь, – ответила Дэни. – иначе Дрого узнает, когда проснется, что ты мне отказал.
Кипя от ярости, Кото развернул жеребца кругом и ускакал галопом прочь… но Дэни знала, что он вернется вместе с Мирри Маз Дуур, нравится  ему это или нет. Рабы возвели шатер Кхала Дрого под зазубренным выступом черной скалы, чья тень могла дать некоторое облегчение от жара полуденного солнца. Тем не менее, под песочным шелком оказалось душно, когда Ирри и Дореа помогли Дэни ввести Дрого внутрь. Пол шатра устилали толстые ковры, по углам были разбросаны подушки. Эрои – та самая робкая девушка, которую Дэни спасла у глинобитных стен города людей-ягнят – разожгла жаровню. Совместными усилиями они уложили Дрого на плетеные циновки.
– Нет, – бормотал он на Общем Языке, – Нет-нет.
И это было всё, что он произносил; всё, что он, казалось, был способен произнести.
Дореа расстегнула пояс с медальонами и стянула с него жилет со штанами, пока Чикви возилась со шнурками сандалий для верховой езды, опустившись возле ног кхала на колени. Ирри хотела оставить полог шатра открытым, чтобы сюда мог свободно проникать воздух, но Дэни ей запретила. Никто не должен видеть Дрого таким – в бреду и слабости. Когда подъехал ее кхас, она выставила снаружи шатра охрану.
– Никого не впускай без моего разрешения, – велела она Чого. – Никого.
Эрои со страхом смотрела на лежащего Дрого.
– Он умирает, – прошептала она.
Дэни ударила ее по щеке.
Кхал не может умереть. Он отец жеребца, который покроет мир. Его волосы никто никогда не стриг. Он до сих пор носит колокольчики, которые подарил ему отец.
Кхалиси, он упал с коня, – напомнила Чикви.
Задрожав, Дэни отвернулась от них. Глаза ее наполнились внезапными слезами. Он упал с коня! Так и есть, она видела это сама. Увидели и кровные всадники, и, без сомнения, служанки, и воины ее кхаса. Сколько их еще было? Им не удастся удержать это в секрете, и Дэни хорошо понимала, что это значит. Кхал, неспособный ездить верхом, не может править… а Дрого упал с коня.
– Мы должны его помыть, – упрямо сказала Дэни. Сейчас нельзя впадать в отчаяние. – Ирри, прикажи, чтобы немедленно принесли ванну. Дореа, Эрои, найдите воду… прохладную воду. Он и без того горячий.
Под кожей кхала словно пылал огонь.
Рабы поставили тяжелую медную ванну в углу шатра. Когда Дореа принесла первый кувшин воды, Дэни смочила кусок шелка и положила на лоб Дрого – на пылающую кожу. Его глаза смотрели на нее, но не видели. Когда же губы его приоткрылись, то вместо слов с них сорвался лишь стон.
– Где Мирри Маз Дуур? – требовательно спросила Дэни, подстегиваемая страхом.
– Кото ее найдет, – уверила ее Ирри.
Служанки наполнили ванну теплой водой, воняющей серой. Чтобы отбить неприятный запах, они влили туда пару кувшинов горького масла и насыпали несколько горстей измельченных листьев мяты. Пока готовили ванну, Дэни неловко опустилась на колени рядом со своим повелителем-мужем. Огромный живот с ребенком стеснял ее движения. Нервными пальцами она расплела его косу – как в тот вечер под звездами, когда он впервые ее взял. Выплетая колокольчики, Дэни аккуратно – один за другим – откладывала их в сторону. «Он захочет их вернуть, когда поправится», – уговаривала она себя.
Глоток свежего воздуха проник в шатер, когда в щель между шелками просунул голову Агго.
Кхалиси, – сказал он. – Пришел андал и просит разрешения войти.
«Андалом» дотракийцы называли сэра Джораха.
– Да, – ответила Дэни, неуклюже поднявшись. – Пусть войдет.
Она доверяла рыцарю. Если кто-то может ей помочь, то только он.
Сэр Джорах Мормонт нырнул в дверной проем и немного подождал, пока глаза привыкнут к полумраку. На южной свирепой жаре он носил свободные штаны из пестрого песочного шелка и открытые сандалии для верховой езды, зашнурованные до колен. Ножны с мечом висели на плетеном поясе из конского волоса. Выгоревший добела жилет прикрывал обнаженную, покрасневшую от солнца кожу.
– По всему кхаласару идут разговоры, – сказал он. – Говорят, Кхал Дрого упал с коня.
– Помоги ему! – взмолилась Дэни. – Ради любви, которую, как ты говорил, питаешь ко мне, помоги!
Рыцарь опустился рядом с ней на колени и стал долго и пристально смотреть на Дрого. Затем он перевел взгляд на Дэни.
– Пусть служанки выйдут.
Горло Дэни сжалось от страха. Не говоря ни слова, она махнула рукой. Ирри вывела всех девушек из шатра. 
Когда они остались одни, сэр Джорах извлек кинжал. С удивительной для такого крупного человека деликатностью он принялся ловко соскребать черные листья и высохшую синюю глину с груди Дрого. Пластырь затвердел, как глинобитные стены города людей-ягнят, и так же легко треснул. Сэр Джорах разбил ножом сухую грязь, счистил обломки с плоти, по одному снял листья. От раны поднимался отвратительный сладковатый запах – такой густой, что Дэни едва не задохнулась. Листья были покрыты коркой крови и гноя, грудь Дрого стала черной и блестящей от разложения.
– Нет, – прошептала Дэни, и по щекам ее потекли слезы. – Нет… Боги, прошу вас… услышьте меня… Нет!
Кхал Дрого метался, сражаясь с каким-то невидимым врагом. Из открытой раны медленно и густо вытекала черная кровь.
– Ваш кхал уже почти мертв, принцесса.
– Нет, он не может умереть. Он не должен! Это был всего лишь порез. – Дэни взяла большую мозолистую руку кхала в свои маленькие ладони и крепко ее сжала. – Я не позволю ему умереть…
Сэр Джорах горько усмехнулся.
Кхалиси вы или королева, но такие приказы не в вашей власти. Приберегите слезы, дитя. Можете оплакивать его завтра или через год. Но теперь у нас нет времени на скорбь. Мы должны идти дальше – как можно скорее, пока он не умер.
Дэни растерялась.
– Идти? Куда же нам теперь идти?
– Лучше всего в Асшай. Он лежит далеко на юге, на краю известного мира, но люди говорят, там есть большой порт. Мы найдем корабль, который доставит нас обратно в Пентос. Но не обманывайтесь – путешествие предстоит трудное. Вы доверяете своему кхасу? Пойдут ли они с нами?
– Кхал Дрого приказал им охранять меня, – неуверенно ответила Дэни, – но если он умрет… – Она коснулась выпуклости своего живота. – Я не понимаю… Почему мы должны бежать? Я же кхалиси. Я вынашиваю наследника Дрого. Он будет кхалом после него…
Сэр Джорах нахмурился.
– Принцесса, послушайте меня. Дотракийцы не пойдут за грудным младенцем. Они склонялись перед силой Дрого, и только перед ней. Когда кхала не станет, Чаго, Поно и все остальные косы начнут биться за его место, и кхаласар пожрет сам себя. Победитель не захочет иметь живых соперников. Мальчика отнимут от вашей груди, как только он родится, и тут же кинут на растерзание псам…
Дэни обхватила себя за плечи.
– Но почему? – жалобно спросила она. – Зачем им убивать маленького ребенка?
– Потому что это сын Дрого. Старухи сказали, что он станет жеребцом, который покроет мир. Так было предсказано. Лучше убить ребенка во младенчестве, чем навлечь на себя его ярость, когда он вырастет.
Ребенок дернулся внутри, будто расслышав каждое слово. Дэни вспомнила рассказ Визериса о том, что псы Узурпатора сделали с детьми Рэйгара. Его сын тоже был младенцем, но они оторвали его от груди матери и разбили ему голову о стену. Мужчины везде одинаковы…
– Они не посмеют причинить вред моему сыну! – воскликнула она. – Я прикажу своему кхасу его охранять. А еще кровные всадники Дрого…
Сэр Джорах обнял ее за плечи.
– Кровные умирают вместе со своим кхалом. Вы же знаете это, дитя. Они отведут вас в Ваес Дотрак, к старухам – это их последний долг перед кхалом в жизни… и сразу после этого отправятся к Дрого в Ночные земли. 
Дэни не хотела возвращаться в Ваес Дотрак, чтобы провести остаток жизни среди этих ужасных старух, но она понимала, что рыцарь прав. Дрого был больше, чем ее солнце-и-звезды; он был охраняющим ее щитом.
– Я его не оставлю, – сказала она горестно, но упрямо. Затем снова взяла мужа за руку. – Не оставлю…

Читать главу 63. Кейтлин... / Читать главу 64. Дэйнерис (часть вторая)...

Узнать про другие замечательные переводы.

Tags: Джорах, Дэйнерис, Игра престолов, Кхал Дрого, Мартин, книги, литература, переводы, фэнтези
Subscribe

Posts from This Journal “Игра престолов” Tag

promo nehoroshy february 9, 2018 14:51 75
Buy for 20 tokens
Здесь изготавливается новый, более качественный перевод эпохального произведения. Главы добавляются по мере готовности: "Игра Престолов", Джордж Р.Р. Мартин. (перевод Максима Сороченко) Содержание: Пролог Глава 1. Бран Глава 2. Кейтлин Глава 3. Дэйнерис Глава 4. Эддард Глава…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

Posts from This Journal “Игра престолов” Tag